Белорусская женская лига
Общественная организация English | Русский
Абстрактная проблема

Похоже, таковой становятся исследования о политических репрессиях на территории страны

Боль людскаяТот, кто утверждал, что человечество смеясь расстается со своим прошлым, говорил явно не о нас. В Беларуси к некоторым событиям из жизни минувшей относятся так, как старательный селекционер к плодам своего труда: все рассортировано и хранится в отдельных ящиках под надежным замком, дабы туда по умыслу или случайно не заглянули чужие глаза.

Совсем недавно в, Минске в издательстве «Ковчег» вышла книга «Боль людская», в которой белорусскими историками собраны воспоминания уроженцев нашей страны, репрессированных в 30—50-е годы. Ее уникальность состоит в том, что впервые в одной книге представлены своеобразные монологи памяти, ранее нигде не публиковавшиеся. Некоторых из героев книги уже нет в живых, поэтому сборник становится по сути своеобразным историческим документом черных лет страны, так безжалостно расправлявшейся со своими гражданами. Да вот беда — тираж всего в 300 экземпляров не позволит новому изданию попасть даже в библиотеки, не говоря о массовом читателе. Впрочем, один из составителей сборника, историк Игорь Кузнецов, более 10 лет занимающийся темой репрессий, считает, что в подобной ситуации нет ничего удивительного. «Выпустить книгу мы хотели года два назад. Однако, как только издательства узнавали, о чем она, тут же отказывались. Нам говорили, что осознают важность и нужность подобного издания, но не хотят экономических неприятностей». Более того, записывая воспоминания, историки столкнулись с тем, что люди зачастую просто опасались рассказывать о репрессиях, словно былой страх, возвращаясь, сковывал их души и слова.

Когда в 1985 году началась перестройка и все заговорили о свободе слова, понадоби-лось еще 3—4 года, чтобы появились статьи о репрессиях. В Беларуси публицистическая активность в этой сфере продолжалась примерно до середины 1995 года, а затем будто по негласному приказу пошла на убыль. Замолчали ученые (последняя монография на эту тему вышла в 1994 году), началось третье расследование по Куропатам, в институте истории Национальной академии наук была прекращена работа группы по изучению политических репрессий. В итоге данные о количестве репрессированных на территории Беларуси не уточняются — речь по-прежнему идет о 600 тысяч. Однако реальная цифра, по мнению Игоря Кузнецова, составляет не менее 800—850 тысяч. «Но дело даже не в цифрах, — говорит историк. — Важно то, что репрессии носили массовый характер, и большинство погибших или пострадавших — вовсе не руководящие работники, как сейчас у нас пытаются представить, а рабочие и крестьяне».

Сегодня в школьных учебниках об этом трагическом периоде нашей истории можно найти фактически 2 абзаца. Был период нарушения социалистической законности, пострадали невинные люди. Сколько погибло, по какой причине, кто виноват, кто понес ответственность — вопросы эти, как считает Игорь Кузнецов, окутаны сейчас плотной завесой молчания. И лишь немногие пытаются пробить ее. Чтобы помнили.

А впрочем, возможно, прав был Олдос Хаксли, когда говорил: «Уроки истории заключаются в том, что люди ничего не извлекают из уроков истории».

"Известия", 04.02.2000 г.

Версия для печати
Powered by
SAPID CMS